“Сколько мне еще осталось лет, месяцев, недель и дней творчества?” Вот такой вопрос я бы хотел задать самому себе. Вернее, знать на него ответ…” – размышляет вслух Владимир Высоцкий во время интервью Пятигорскому телевидению в сентябре 1979-го. Жить ему оставалось меньше года… 19 июля 1980 года в Москве состоялась торжественная церемония открытия 22-й летней Олимпиады. Столица СССР демонстрировала зарубежным гостям триумф социалистического строя, представала памятником архитектуры под безоблачным небом, поражала высокой культурой быта и сферы услуг, образцовыми магазинами без давок и очередей, малолюдностью, чинностью и безупречным соблюдением правопорядка.
Но утром 25 июля все изменилось. Москву облетела печальная новость: умер Владимир Высоцкий. Его внезапная смерть, потрясшая всю страну и в одночасье обернувшаяся личным горем для множества людей, нарушила размеренную жизнь Олимпийской Москвы. В документальной ленте остро чувствуется трагическое созвучие этих двух важнейших событий в жизни СССР. В один год, буквально в один месяц советские люди пережили минуты необычайного ликования и глубокой скорби. Но власти хранили невозмутимое молчание: ни телевидение, ни радио ни словом не обмолвились о смерти Владимира Высоцкого. Человек, которого любили и понимали миллионы, не заслужил хотя бы короткого упоминания даже по случаю своего ухода… Лишь “Вечерняя Москва” и “Советская культура” поместили скромные некрологи, и у центрального входа Театра на Таганке висело сообщение о похоронах.